Апостола Павла послание к галатам

Гал. 4:8-21

Толкование на Гал. 4:8-21 святителя Иоанна Златоуста

«Но тогда, не знав Бога, вы служили богам, которые в существе не боги. Ныне же, познав Бога, или, лучше, получив познание от Бога, для чего возвращаетесь опять к немощным и бедным вещественным началам и хотите еще снова поработить себя им?» («Но тогда убо не ведуще Бога, служисте не по естеству сущим богом: ныне же, познавши Бога, паче же познани бывше от Бога, како возвращаетеся паки на немощныя и худыя стихии, имже паки свыше служити хощете») (Гал.4:8–9). Здесь (апостол), обращаясь к уверовавшим из язычников, говорит, что и служение идолам таково же, как и наблюдение дней, и что оно теперь заслуживает большего наказания. Потому и богов называет он стихиями, а не (богами) по природе, что желает убедить их в том же самом и привести их в больший страх. Слова же его имеют такой смысл: «Тогда вы, пребывая во тьме и проводя жизнь в заблуждении, прикованы были к земле; а теперь, после того как вы познали Бога, или лучше, получили познание от Него, не навлекаете ли вы на себя большего и жесточайшего наказания, если, несмотря на столь великое попечение о вас, снова добровольно подвергаете себя той же самой болезни, которою страдали прежде? Не своими усилиями вы обрели Бога, но проводили жизнь в заблуждении, а Он сам привлек вас к Себе». Стихии же называет он немощными и бедными потому, что они не имеют никакой силы к доставления обетованных благ.

«Наблюдаете дни, месяцы, времена и годы» («Дни смотряете, и месяцы, и времена, и лета») (Гал.4:10). Из этих слов видно, что (иудействующие) проповедовали галатам не только обрезание, но и необходимость соблюдения иудейских праздников и новомесячий.

«Боюсь за вас, не напрасно ли я трудился у вас» («Боюся о вас, еда како всуе трудихся в вас») (Гал.4:11). Видишь ли искреннее участие апостола? Те подвергаются опасности, а он боится и трепещет за них. Поэтому и слова «трудился у вас» («трудихся в вас») он сказал для того, чтобы сильно пристыдить их, как бы говоря этим: «Не сделайте напрасными моих великих трудов». Сказав же – «боюсь» и прибавив затем – «не напрасно ли», он и возбудил в них страх, и внушил им благие надежды. В самом деле, он не сказал: «я напрасно трудился», но – «не напрасно ли я трудился» («еда како всуе трудихся»). «Пока, – говорит он, – не произошло кораблекрушения; но я вижу еще бурю, которая может причинить его. Поэтому я боюсь, однако же не отчаиваюсь, так как в вашей власти все это исправить и возвратиться к прежней тишине». Затем, как бы простирая руку помощи находящимся в опасности кораблекрушения, представляет им в пример самого себя, говоря: «Прошу вас, братия, будьте, как я, потому что и я, как вы» («будите якоже аз, зане и аз якоже вы») (Гал.4:12). Это говорит он к верующим из иудеев, а потому и приводит в пример себя, чтобы этим убедить их оставить древние обряды. «Если бы вы, – говорит, – и не имели никакого другого примера, то довольно вам посмотреть только на меня, чтобы безбоязненно решиться на такую перемену. Итак, посмотрите на меня: и я прежде испытывал то же самое состояние, и притом в сильной степени, и горел ревностью по законе; но, несмотря на это, после не убоялся оставить закон и переменить жизнь. Хорошо вы знаете также и то, с какою великою ревностью я держался иудейства, и как еще с большею готовностью потом оставил его». И весьма благоразумно (апостол) представил этот пример после всего. В самом деле, многие люди, хотя бы нашли и бесчисленное множестве доказательств, притом справедливых, все-таки, скорее увлекаются примером кого-нибудь из своих собратий, и когда видят другого делающего что-нибудь, скорее склоняются к тому же и сами.

«Братия… вы ничем не обидели меня» («Братие… ничимже мене обидесте»). Смотри, как он опять называет их почтительным именем, а тем самым напоминает им и о благодати. После того как он сильно уличил их в преступлении закона и со многих сторон нападал на них, он теперь снова умеряет речь свою и утешает их, употребляя более ласковые слова, потому что как беспрестанные ласки расслабляют человека, так и постоянные упреки еще более ожесточают. Поэтому хорошо везде соблюдать умеренность. Смотри же, как он оправдывается в сделанном им обличении, показывая, что не просто по ненависти, но побуждаемый заботою о них, он сказал им все это. Сделав, таким образом, глубокую рану, он тотчас возливает на нее елей утешения. А чтобы доказать им, что сказанное не было следствием ненависти или вражды к ним, он приводит им на память любовь, которую обнаружил по отношению к ним, и присоединяет к своему оправданию похвалу им.

2. Поэтому он и говорит: «Прошу вас, братия… Вы ничем не обидели меня: знаете, что, хотя я в немощи плоти моей благовествовал вам в первый раз, но вы не презрели искушения моего во плоти моей и не возгнушались им« («молю вы. Ничимже мене обидесте. Весте же, яко за немощь плоти благовестих вам…: и искушения моего, еже во плоти моей, не уничижисте») (Гал.4:12–14). Но еще не великая заслуга – не обидеть: даже и самый обыкновенный человек едва ли захочет вредить человеку, который ничем не обидел его, или оскорбить его напрасно и безвинно. «А вы не только меня не обидели, но еще и проявили ко мне великое и несказанное расположение; и не может поэтому быть, чтобы тот, кто пользовался у вас таким почтением, стал говорить это по злобе. Итак, я говорю это не по ненависти к вам, но по чрезмерной любви и заботливости о вас». «Прошу вас, братия… Вы ничем не обидели меня: знаете, что, хотя я в немощи плоти моей благовествовал вам». Никакая душа не может быть благосклоннее, нежнее и любвеобильнее этой святой души. А потому и прежде сказанное было следствием не безрассудного гнева и не страстного возмущения души, но великой заботливости. «И что я говорю – «не обидели»? Напротив, вы обнаружили великое и сердечное расположение ко мне». «Знаете, – говорит он, – что, хотя я в немощи плоти благовествовал вам в первый раз, но вы не презрели искушения моего во плоти моей и не возгнушались им«. Что же этим он хочет сказать? «Проповедуя вам, – говорит, – я был гоним, бичуем, подвергался тысячам смертей, и, несмотря на все это, вы не презрели меня». Это именно значат слова – «вы не презрели искушения моего во плоти моей и не возгнушались им« («искушения моего, еже во плоти моей, не уничижисте, ни оплевасте»). Видишь духовную мудрость? В самом оправдании он снова укоряет их, когда представляет им на вид, сколько он пострадал за них. «И все-таки, – говорит, – это нисколько не соблазнило вас, и вы не погнушались мною за эти страдания и гонения», – так как именно эти (страдания и гонения) называет он немощью и искушением.

«А приняли меня, как Ангела Божия» («Но якоже ангела Божия приясте мя») (Гал.4:14). Итак, не странно ли – преследуемого и гонимого принимать как ангела Божия, а научающего необходимому – не принимать?

«Как вы были блаженны! Свидетельствую о вас, что, если бы возможно было, вы исторгли бы очи свои и отдали мне. Итак, неужели я сделался врагом вашим, говоря вам истину?» («Кое убо бяше блаженство ваше? Свидетельствую бо вам, яко, аще бы было мощно, очеса ваша извертевше дали бысте ми. Темже враг вам бых, истину вам глаголя») (Гал.4:15–16). Здесь он недоумевает и изумляется, и старается от них самих узнать причину их перемены. «Кто вас обольстил, – говорит он, – и убедил относиться к нам иначе? Не вы ли заботились и служили, и считали дороже очей своих? Что же такое случилось? Откуда эта неприязнь, откуда подозрение? Неужели оттого, что я говорил вам истину? Но за это, во всяком случае, вам надлежало бы еще более почитать и угождать мне, – а между тем теперь я сделался вашим врагом, говоря вам истину. Подлинно, – говорит, – я не знаю другой причины, кроме той, что говорил вам истину». И смотри, с каким смирением он защищает себя. Невозможность того, чтобы он говорил это по зложелательству к ним, доказывает не тем, что он для них сделал, а тем, что они для него сделали. Не сказал он: «как возможно, чтобы я, который для вас подвергался бичеванию, гонению и бесчисленным страданиям, стал теперь злоумышлять против вас?» – но заимствует доказательство из того, чем они могли бы гордиться, говоря: «как возможно, чтобы тот, кого вы почитали и приняли как ангела, стал платить вам за это враждою?»

«Ревнуют по вас не добре, а хотят вас отлучить, чтобы вы ревновали по них» («Ревнуют по вас не добре, но отлучити вас хотят, да им ревнуете») (Гал.4:17). «Бывает ревность и похвальная, кода кто-нибудь ревнует подражать другому в добродетели; но бывает ревность и злая – желание отклонить добродетельного от добродетели; этого именно они (лжеучители) и добиваются теперь, стремясь лишить вас совершенного ведения и привести к поверхностному и ложному, не с какою-либо иною целью, но для того, чтобы самим занять положение учителей, а вас, которые теперь выше их, поставить на место учеников». Это именно и показал (апостол) словами: «чтобы вы ревновали по них» («да им ревнуете»). «А я, напротив, желаю, – говорит он, – чтобы вы были лучше их и служили примером для совершеннейших. А это действительно так и было, когда я пребывал у вас», – почему он и прибавляет: «Хорошо ревновать в добром всегда, а не в моем только присутствии у вас» («добро же, еже ревновати всегда в добром, и не точию внегда приходити ми к вам») (Гал.4:18). Здесь он дает разуметь, что его отсутствие служило причиною этого зла, и что блаженно то состояние, когда ученики содержат здравое учение не только в присутствии своего учителя, но и во время его отсутствия; а так как они не достигли еще этой степени совершенства, то он и употребляет все способы, чтобы довести их до этого.

«Дети мои, для которых я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» («Чадца моя, имиже паки болезную, Дóндеже вообразится Христос в вас») (Гал.4:19). Смотри, как смущается, как беспокоится он. «Братия моя, прошу вас»; «Дети мои, для которых я снова в муках рождения» («чадца моя, имиже паки болезную»). Он подражает матери, которая боится за детей своих.

«Доколе не изобразится в вас Христос» («Дондеже вообразится Христос в вас»). Видишь ли любовь отеческую? Видишь ли скорбь, достойную апостола? Слышишь ли, какой он испустил вопль, более горький, чем вопль рождающей? «Вы уничтожили, – говорит, – образ, утратили высокое сродство, изменили подобие; вам нужно другое возрождение, новое воссоздание; но, несмотря на это, я все еще называю вас детьми, – вас, выкидышей и недоносков». Впрочем, он не говорит именно так, но иначе, так как щадит их и не хочет ожесточать, налагая раны на раны; подобно тому как искусные врачи лечат подвергшихся продолжительной болезни не сразу, но с промежутками, для того, чтобы они, впав в малодушие, не умерли, – точно так же поступает и блаженный (Павел). А эти мучения его тем были болезненнее мучений телесных, чем сильнее была его любовь и чем важнее был грех их.

3. Впрочем, – как я всегда говорил, и не перестану говорить, – и малое преступление обезобразило всю красоту и повредило образ (Божий в человеке). «Хотел бы я теперь быть у вас и изменить голос мой» («Хотел же бых приити к вам ныне и изменити глас мой») (Гал.4:20). Заметь, как он нетерпелив, как пылок, как не может этого снести. Таково уже свойство любви: она не довольствуется (заочными) словами, но ищет и свидания. «Чтобы изменить голос мой», – говорит он. Это значит – изменить его в плачевный, проливать слезы, и заставить плакать всех. Но в письме ведь невозможно было показать слезы и рыдания, а потому он и горит желанием видеться с ними.

«Потому что я в недоумении о вас» («Яко не домышляюся о вас»). «Я не знаю, – говорит, – что сказать; не знаю, что подумать. Как это вы, достигши такой небесной высоты, и чрез тяжкие бедствия, которые вы претерпели за веру, и чрез знамения, которые вы совершили верою, теперь внезапно снизошли до такого унижения, что обращаетесь к обрезанию и субботам, и соединяетесь с иудеями?» Вот почему он и вначале сказал: «Удивляюсь, что вы… так скоро переходите к иному благовествованию» («дивлюся яко тако скоро прелагаетеся») (Гал.1:6), и здесь говорит: «я в недоумении о вас» («не домышляюся о вас»), – как бы говоря этим: «Что мне сказать? С чего начать речь? Что подумать? Недоумеваю. Поэтому остается только плакать, как поступали и пророки в безнадежных случаях». Но и такой способ врачевания немаловажен – чтобы не только увещевать, но и плакать. Об этом сказал он и в беседе к милетянам: «три года… со слезами я не преставал учить… вас» (Деян.20:31). То же говорит и здесь словами: «изменить голос мой» («изменити глас мой»). Да и мы, побеждаемые постигающими нас против ожидания безвыходными и затруднительными обстоятельствами, чаще всегда предаемся слезам. Итак, обличив их и укорив и снова утешив, он, наконец, стал плакать; плач же выражает не только порицание, но и ласкательство. Он не раздражает подобно порицанию, и не расслабляет подобно угождению, но есть врачевство смешанное, и в увещаниях имеет великую силу. Таким образом, смягчает их сердце своими слезами; и, более расположив их к себе, он снова вступает в состязание, предлагая на рассуждение предмет еще более важный и показывая, что и самый закон не требует, чтобы его соблюдали. Выше он привел в пример Авраама, а теперь представляет самый закон убеждающим, чтобы его не соблюдали более, но оставили, что, конечно, являлось более сильным (доказательством). «Если вы хотите, – говорит он, – быть послушными закону, то оставьте его, так как он сам этого требует. Впрочем, (апостол) не говорит именно так, но иным образом достигает того же самого, воспользовавшись историей. «Скажите мне, – говорит, – вы, желающие быть под законом: разве вы не слушаете закона?» («Глаголите ми, иже под законом хощете быти: закона ли не слушаете?») (Гал.4:21). Хорошо сказал он – «желающие быть» («иже хощете»), – так как дело зависело не от течения вещей, но от неуместной ревности их. Законом же здесь называет книгу Бытия, что часто он делает, называя так весь ветхий завет.

«Хождение по водам» Айвазовский И.К.

Евангелие по Марку

Мк. 6:45-53

Толкование на  Мк. 6:45-53 Феофилакта Болгарского, архиепископа Охридского

Мк.6:45.   И тотчас понудил учеников Своих войти в лодку и отправиться вперед на другую сторону к Вифсаиде, пока Он отпустит народ.

Мк.6:46.   И, отпустив их, пошел на гору помолиться.

Мк.6:47.   Вечером лодка была посреди моря, а Он один на земле.

Мк.6:48.   И увидел их бедствующих в плавании, потому что ветер им был противный; около же четвертой стражи ночи подошел к ним, идя по морю, и хотел миновать их.

Мк.6:49.   Они, увидев Его идущего по морю, подумали, что это призрак, и вскричали.

Мк.6:50.   Ибо все видели Его и испугались. И тотчас заговорил с ними и сказал им: ободритесь; это Я, не бойтесь.

Мк.6:51.   И вошел к ним в лодку, и ветер утих. И они чрезвычайно изумлялись в себе и дивились,

Мк.6:52.   ибо не вразумились чудом над хлебами, потому что сердце их было окаменено.

«Понудил учеников» . Ученики только по понуждению разлучаются с Ним, а сами по себе они не хотели расставаться, частью по своей любви к Нему, частью по недоумению о том, как Он может прийти к ним без лодки. А Он, отпустив народ, восходит (на гору) помолиться наедине, так как молитва требует уединения и невозмутимого состояния. Господь попускает ученикам быть обуреваемыми на море, дабы они научились терпению. Для того же Он не тотчас и является к ним, но попускает быть в опасности от бури целую ночь, чтобы приучить их быть терпеливыми и ждать избавления не в самом начале опасностей. Но заметь и другое обстоятельство, то есть что перед тем, как прекратить опасность, Он повергает их тем в больший страх; ибо, когда увидели Его, они закричали от испуга, думая, что это привидение. Тогда Господь тотчас ободряет их гласом Своим, говоря: «не бойтесь» ; потом, войдя в лодку, дает им совершенное успокоение, потому что ветер вдруг перестал. Ходить по морю есть великое чудо и свойственно единому истинному Богу; а тем, что было смятение между учениками и противный ветер, чудо еще более возвышается. Что же до апостолов, они, не познав (Христа) из чуда над хлебами, познали Его из настоящего чуда на море. Поэтому можно думать, что Христос попустил им быть в опасности и для того, чтобы они, не познав Его из чуда над хлебами, познали теперь из чуда над морем и отсюда извлекли для себя пользу.

Мк.6:53.   И, переправившись, прибыли в землю Геннисаретскую и пристали к берегу .

Просмотры (95)

Спас Смоленский с припадающими святыми. _Век ради вечного_. Реставрационный центр им. И.Э. Грабаря. Artefact

Апостола Павла послание к галатам

Гал. 3:23-29, 4:1-5

Толкование Гал. 3:23-29, 4:1-5 на  Феофилакта Болгарского, архиепископа Охридского

Мозаика «Чудо умножения хлебов и рыб», 14 век. Афон, Греция

Евангелие по Марку

Мк. 6:30-45

Толкование на  Мк. 6:30-45 профессора Александра Павловича Лопухина

Мк.6:30. И собрались Апостолы к Иисусу и рассказали Ему все, и что сделали, и чему научили.

Мк.6:31. Он сказал им: пойдите вы одни в пустынное место и отдохните немного. Ибо много было приходящих и отходящих, так что и есть им было некогда.

Мк.6:32. И отправились в пустынное место в лодке одни.

Мк.6:33. Народ увидел, как они отправлялись, и многие узнали их. И бежали туда пешие из всех городов, и предупредили их, и собрались к Нему.

По возвращении апостолов из путешествия Христос предлагает им одним отдохнуть в пустынном месте, здесь, в Капернауме, народ не давал им возможности для такого отдыха. Апостолы вместе с Христом (стих 33; Лк. 9:10) отправились было на лодке, не сопровождаемые другими лодками с народом, но скоро народ узнал, куда они удалились, и последовал за ними в это пустынное место.

Мк.6:34. Иисус, выйдя, увидел множество народа и сжалился над ними, потому что они были, как овцы, не имеющие пастыря; и начал учить их много.

Мк.6:35. И как времени прошло много, ученики Его, приступив к Нему, говорят: место здесь пустынное, а времени уже много, –

Мк.6:36. отпусти их, чтобы они пошли в окрестные деревни и селения и купили себе хлеба, ибо им нечего есть.

Мк.6:37. Он сказал им в ответ: вы дайте им есть. И сказали Ему: разве нам пойти купить хлеба динариев на двести и дать им есть?

Мк.6:38. Но Он спросил их: сколько у вас хлебов? пойдите, посмотрите. Они, узнав, сказали: пять хлебов и две рыбы.

Мк.6:39. Тогда повелел им рассадить всех отделениями на зеленой траве.

Мк.6:40. И сели рядами, по сто и по пятидесяти.

Мк.6:41. Он взял пять хлебов и две рыбы, воззрев на небо, благословил и преломил хлебы и дал ученикам Своим, чтобы они раздали им; и две рыбы разделил на всех.

Мк.6:42. И ели все, и насытились.

Мк.6:43. И набрали кусков хлеба и остатков от рыб двенадцать полных коробов.

Мк.6:44. Было же евших хлебы около пяти тысяч мужей.

О чуде насыщения пяти тысяч пятью хлебами см. Мф. 14:14–21.

Евангелист Марк прибавляет, что Христос, сжалившись над народом, который был похож на овец без пастырей (ср. Мф. 9:36), много учил здесь народ (стих 34). Он же определяет ту сумму, какую апостолы считали возможным истратить на покупку хлеба для народа (200 динариев – ок. 40 руб., что соответствует стоимости 800 г серебра), и замечает, что Христос велел «рассадить» народ «на зеленой траве» – время было весеннее, перед Пасхой (ср. Ин. 6:2) – «отделениями» (стих 39).

Мк.6:45. И тотчас понудил учеников Своих войти в лодку и отправиться вперед на другую сторону к Вифсаиде, пока Он отпустит народ.

Евангелист Марк замечает, что Господь понудил своих учеников отплыть раньше Его по направлению к Вифсаиде (стих 45). Некоторые предполагают, что было два города с таким именем: Вифсаида Юлиева на восточной стороне моря, где и произошло насыщение пяти тысяч, и Вифсаида западная – родной город апостолов Андрея и Петра (еп. Михаил). Но с таким предположением нельзя согласиться. Археологические исследования не открыли какой-либо другой Вифсаиды, кроме той, которая находилась на северо-восточной стороне Тивериадского моря (Мк. 8:22). Лучше поэтому принять перевод (Воленберга): «понудил: плыть вперед на другую сторону – к месту, которое выходит на Вифсаиду», т.е. «лежит на противоположной стороне от Вифсаиды», около которой в настоящее время находились ученики с Христом. Таким образом, ученики отправились в лодке, а Господь, по-видимому, намеревался пройти берегом моря, перейдя вброд через Иордан, отделявший Его от того места, куда Он направил Своих учеников.

Просмотры (105)

Спас Смоленский с припадающими прп. Сергием Радонежским и прп. Варлаамом Хутынским;

Апостола Павла послание к галатам

Гал. 3:15-22

Толкование на Гал. 3:15-22 профессора Александра Павловича Лопухина

Гал.3:15. Братия! говорю по рассужде­нию человеческому: даже человеком утвержден­ного завещания никто не отменяет и не при­бавляет к нему.

«Братия». Гнев Апостола уже утих, и он снова обращается к читателям с ласковым словом: «братия». – «По рассуждению человеческому», т. е. так, как свойственно рассуждать обыкновенному человеку, не стоящему на точке зрения Св. Писания. – «Завещания» – διαθήκη. Ап. имеет в виду не закон Бога с Авраамом, а обыкновенное «завещание» умирающего отца семейства. Такого завещания, раз оно правильно было составлено, никто другой, кроме самого завещателя, не имел права отменить или в чем либо изменить через какие-нибудь прибавления.

Гал.3:16. Но Аврааму даны были обетования и семе­ни его. Не ска­за­но: и по­томкам, как бы о многих, но как об одном: и семе­ни твоему, которое есть Христос.

Теперь Апостолу предносится мысль, что обетование, данное Богом Аврааму, можно сравнить с обыкновенным человеческим завещанием (раз он сказал, что говорит «по человеческому рассуждению», то он уже не стесняется этим сравнением завещателей, из которых один – умирающий человек, а другой – вечный Бог…). Но он не развивает эту мысль, потому что ему хочется выяснить скорее, кому именно были завещаны блага, о каких Бог говорил Аврааму. Блага эти были обещаны Аврааму и его потомству (καί τῶ σπέρματι σου). Но Апостол тотчас во избежание всяких недоумений утверждает, что из разных потомств Авраама – от Агари, от Сарры, от Хеттуры – было выбрано в качестве наследника обетований одно потомство – то, которое произошло от Сарры, именно Исааково, тогда как другие потомства не удостоились получения этих обетований. Об этом с ясностью говорит и книга Бытия (Быт.17:18–21; ср. Быт.21:9–13), и сам Ап. Павел в посл. к Римлянам (Рим.9:7). К такому утверждению Апостол здесь теперь присоединяет новое: «таким наследником является Христос». Это утверждение не стоит в непосредственной связи с предыдущим, как его заключение, а занимает совершенно самостоятельное положение; его лучше передать так: «и оно (это семя, на имя которого совершено было божественное завещание) есть Христос».

– Спрашивается:имел ли основание Апостол понимать еврейское слово zera (σπέρμα ­ семя) в значении «отдельный потомок, отдельное лицо»? Да, ответим мы, он имел такое основание, во-первых, в примере ветхозаветных писателей, которые иногда употребляют слово zera в таком именно значении (Быт.4:25, 21:13; 1Цар.1:11; ср. 2Цар.7:12–15), а во-вторых, и это главное, он имел такое основание в самом существе дела, о котором говорит. В самом деле, о содержании божественного завещания доселе было сказано только, что «в Аврааме должны благословиться все народы» (Быт.18:18). Если бы кто спросил о том, каким же способом это завещание должно было придти в исполнение, то, конечно, тут нельзя бы сказать в ответ: «происшедший от Авраама через Исаака еврейский народ в своей целостности и множественности унаследовал это обетование или благословение и передал его другим народам». Этого на самом деле не было. Можно бы отвечать на поставленный выше вопрос только так: «Христос, сын Авраама, Исаака и Иакова (Мф.1и сл.), есть Единый наследник, Который делает Своими сонаследниками и всех других, которые должны были получить участие в обещанных Аврааму благах. Они все делаются наследниками во Христе (Гал.3:14)». Христа таким образом Бог в своем завещании сделал наследником. И эта мысль неоднократно высказывалась еще в Ветхом Завете. Напр. у пр. Исаии Палестина называется не еврейскою страною, а страною Эммануила (Ис.8:8). Значит, по представлению пророка, Эммануил или Мессия был всеми признаваем тем семенем Авраама, которое должно было получить в свое владение эту землю. И у самого Ап. Павла в послании к Евреям Мессия называется наследником всего (Евр.1:2), так что, по его учению, мы не иначе можем стать наследниками Божиими, как только через Мессию, Который делает нас сопричастниками в дарованном Ему от Бога наследии.

Гал.3:17. Я говорю то, что завета о Христе, пре­жде Богом утвержден­ного, закон, явив­шийся спустя четыреста тридцать лет, не отменяет тáк, чтобы обетование по­теряло силу.

Итак завещание было как бы составлено на имя Христа. Никто не мог поэтому занять Его место. Точно также и закон, с своим появлением в народе Израильском, нисколько не изменил положения дел и не мог ввести новых прибавлений в завещание Божие, полученное Авраамом. И это тем более несомненно, что закон явился только спустя 430 лет по даровании обетования Аврааму: как позже пришедший, он не мог отменять того, что существовало и всеми признавалось уже целых 430 лет. – «Завета о Христе» – в лучших кодексах (син., ватик. и др.) слова «о Христе» не имеется. – «Четыреста тридцать лет». Число это взято очевидно из кн. Исход (Исх.12и сл.). В кн. Бытия (Быт.15:13) и в кн. Деян. (Деян.7:6) вместо него стоит круглая цифра 400. Вероятнее всего, что Ап. считает, здесь время от заключения завета Бога с Авраамом (Быт.17) до синайского законодательства, притом по тексту 70-ти, где сказано, что евреи 430 лет обитали в земле Египетской и земле Ханаанской. В еврейском же тексте к этой сумме лет сводится пребывание Израильтян только в земле Египетской. – «Так, чтобы обетование потеряло силу». Этого, конечно, не хотели и враги Павла. Но Ап. все-таки указывает на последствие, к какому необходимо должно было привести их отношение к закону Моисееву, и вместе с тем дает указание читателям, как опасно настаивать на мысли о необходимости исполнять закон и в христианстве.

Гал.3:18. Ибо если по закону наслед­с­т­во­, то уже не по обетованию; но Аврааму Бог даровал оное по обетованию.

Но закон не мог и существовать рядом с обетованием как какое-то вспомогательное средство. Что-нибудь одно из двух: или закон, или обетование. Ведь закон, как доказано выше (Гал.3:10–12), требует от человека дел, а обетование – веры в благодать Божию. Между тем, собственно говоря, и выбора тут делать не приходится: Бог даровал наследство Аврааму именно по обетованию, не требуя исполнения дел закона. – «Наследство» (κληρονομία) – в Ветхом Завете означало землю Ханаанскую (Втор. 4:21), а в Новом – царство Христово (Деян.20:32; 1Кор.6:9), вечную жизнь со Христом (Тит.3:7).

Гал.3:19. Для чего же закон? Он дан по­сле по причине пре­ступле­ний, до време­ни при­ше­с­т­вия семе­ни, к которому относит­ся обетование, и пре­подан через Ангелов, рукою по­средника.

Но если Ап. так решал вопрос об отношении закона к спасению человека, то его могли спросить: «зачем же в таком случае дан был закон?» Ап. как бы предупреждая этот вопрос, сам ставит его и дает на него ответ. Закон был «дан после» (προσετέθη – этот глагол показывает, что закон не имел какого-нибудь самостоятельного значения при обетовании и нисколько не влиял на него – ср. Рим.5:20) и дан «по причине преступлений». Греч. выражение παραβάσεων χάριν может, действительно, значить: «по причине или по поводу преступлений», как это можно подтвердить некоторыми местами Н. Завета (напр. Лк.7:47; 1Ин.3:12). Но здесь это выражение едва ли может иметь такой смысл, потому что во-первых Ап. употребил такое слово – παράβασις, которое может относиться только к нарушению уже существующих предписаний закона, а он здесь берет время до закона (ср. Рим.4:15 – «где нет закона, нет и преступления» ουδέ παράβασις); а во-вторых, если бы здесь был указан только повод к дарованию закона, то это было бы недостаточно в качестве ответа на поставленный вопрос: «для чего же закон?» Повод не то же, что цель, а вопрос поставлен именно относительно цели закона. Затем, в таком случае нужно предположить, что до закона было очень много преступлений и грехов, что противоречит известному воззрению Павла на дозаконное состояние человека (Рим.7:9) и, затем, противоречит его взгляду на закон, как на средство вовсе не достигающее уменьшения преступлений (Рим.3:20, 7:4–13 и др.). Поэтому лучше принять другой перевод (о. Галахова и Цана): «ради преступлений», т. е. для того, чтобы явились преступления или для того, чтобы простые прегрешения выявились как настоящие преступления против Бога. В таком смысле выражение χάριν иногда употребляется в Н. Завете (Тит.1:5, 11; Иуд.16). «Вся заслуга закона, таким образом, выразилась в том, что с появлением его грехи человека получили определенный характер преступлений» (о. Галахов).

– «До времени пришествия семени..». Закон таким образом имел только временное назначение; он должен был существовать только до пришествия Христа (ср. Гал.3:16). Ясно, что он не может стать на один уровень с вечным обетованием. – «Преподан через Ангелов, рукою посредника». Эти два указания опять сделаны Апостолом с тою целью, чтобы показать, насколько закон ниже обетования. То было дано непосредственно Самим Богом Аврааму, без всякого посредника, а закон был дан через Ангелов (ср. Деян.7:53; Евр.1:1, 2и Втор.33:2 – по 70-ти). Кроме того и со стороны народа был еще посредник – Моисей (Исх.20:19; Втор.5:19–25, 18:16 и Деян.7:38). Таким образом, при даровании закона между Богом и народом стояли две посредствующие инстанции и, следов., закон ниже обетования, данного, так сказать, из рук в руки.

Гал.3:20. Но по­средник при одном не бывает, а Бог один.

На этот труднейший для понимания стих существует более трехсот толкований, которые все можно разделить на три группы. Так одни говорят, что Ап. доказывает здесь превосходство обетования пред законом тем, что понятие посредничества требует признания не одной, а двух сторон, тогда как Богу свойственно являться «единою» стороною – решающею все без всяких посредников… Другие, видя в этом стихе ту же цель, усматривают в даровании закона через посредника противоречие божественному единству в том, что при Синае присутствовало очень много народа или, как толкуют иные, много Ангелов, тогда как Богу свойственно вступать с кем либо в завет Одному. Третьи совершенно произвольно объясняют слово ενός как средний род. Наконец, по древнему святоотеческому толкованию, здесь Ап. указывает на Единого посредника – Христа (подробности см. у о. Галахова, стр. 224–232). Но мысль места кажется довольно ясна.

Ап. говорит, что посредника вообще «для одного» (дающего завет) – совсем не нужно. «Один» – сам объяснит все, что ему нужно и чего он хочет. Значит, если «посредник» выступает, то он является представителем многих, целой массы заинтересованных в заключении договора лиц. Но с чьей же стороны должен был выступить посредник при заключении завета при Синае? Тут выступили сотни тысяч евреев с одной стороны, а с другой – Единый Бог («а Бог – один»). Ясно, что посредник был нужен народу, а не Богу, Который, как Один составляющий сторону, заключающую договор, мог Сам высказать Свои требования. Итак Моисей явился посредником и представителем не Бога, а народа Израильского. Значит, закон получен не прямо народом от Бога, а через посредника, что, понятно, унижает его по сравнению с обетованием Аврааму, которое Авраамом было получено от Бога непосредственно. Ап., очевидно, хочет сказать, что многотысячная толпа евреев не была способна к общению с Богом непосредственно, тогда как единый Авраам легко вошел в общение с единым Богом и понял волю Божию совершенно правильно, не внося в нее никаких собственных прибавлений, чего нельзя было сказать о законе, в который были приняты и некоторые обычаи, установившиеся в народе Израильском (напр. обычай кровавой мести, обычай рабовладельчества). Закон, таким образом, имел индивидуальный, узко-национальный характер и не мог быть усвоен всеми народами, как это могло быть по отношению к обетованию.

Гал.3:21. Итак закон про­тивен обетованиям Божиим? Никак! Ибо если бы дан был закон, могущий животворить, то подлин­но праведность была бы от закона;

Гал.3:22. но Писание всех заключило под грехом, дабы обетование веру­ю­щим дано было по вере в Иисуса Христа.

Можно ли после всего сказанного говорить, что «закон Моисеев противен», т. е. хочет и может заменить собою обетования Божии, данные Аврааму (κατά имеет значение против)? Ни в каком случае. Он мог бы высказывать такую претензию, если бы мог «животворить», т. е. обновлять человека нравственно (ζωοποιῆσαι – здесь, как и в др. посланиях Павла – Рим.7и сл. Рим.7:9–13, 8:2–11; 2Кор.3:6–9; Еф.2:1, 5 – означает нравственное оживление, которое может быть приравнено к оживлению мертвых). Но Ап. уже показал (Гал.2:16, 3:10–12), что закон не способен на это дело. А если это так, то ясно, что и в Ветхом Завете праведность приобреталась не благодаря закону и что, следовательно, закон не может входить в конкуренцию с обетованием и предлагать какой-нибудь столь же доступный, как и вера, – которую требовало обетование, – путь к оправданию и к получению обещанного наследства. Напротив, «Писание», т. е. весь Ветхий Завет, всех заключило или заперло как бы в темницу «под грех» или иначе все (πάντα), т. е. и людей и дела их объявило, признало такими, которые заслуживают названия «грешных», и всех поместило этим как бы в заключение, из которого нет выхода (ср. Рим.3:9–18). – «Дабы обетование..». Иудеи и иудео-христиане, которым ближе всего дано Писание, должны из согласного свидетельства этого Писания относительно греховности всех людей и всех человеческих поступков узнать, что никогда в истории Израильского народа не было такого времени, чтобы существовала праведность, получаемая из закона или благодаря закону. Отсюда они должны придти к такому выводу, что для получения оправдания всем нужно уверовать в Иисуса Христа и через Него уже получить обещанное Аврааму и его потомству наследие.

Евангелие по Марку

Мк. 6:7-13

Толкование на  Мк. 6:7-13  профессора Александра Павловича Лопухина

Мк.6:7. И, призвав двенадцать, начал посылать их по два, и дал им власть над нечистыми духами.

До 14-го стиха речь идет о послании на проповедь апостолов (ср. Мф.9:35–10:1, 5 и сл.; Мф.11:1; Лк. 9:1–6). Евангелист Марк по сравнению с Матфеем сообщает только немногие из наставлений, данных при этом Христом апостолам.

«Начал посылать». Некоторые толкователи (например, Лагранж) считают выражение «начал» простым арамеизмом, не имеющим здесь, как и в других местах (стих 2), никакого реального значения. Но с точки зрения евангелиста Марка, который неоднократно давал видеть, что Господь постепенно подготовлял апостолов к их служению, это выражение должно было иметь и реальное значение. Евангелист хотел сказать этим, что Господь признал Своих учеников уже достаточно подготовленными для того, чтобы выступить самостоятельными проповедниками в Галилее. Они являются теперь уже помощниками Христа в этом деле проповеди. Господь хочет, чтобы они теперь сами ходили по Галилее, собственным опытом убеждались в трудности дела и постепенно выясняли для себя то, чего им еще недостает. Впрочем, они получили право проповедовать только еще необходимость покаяния (стих 12).

«По два». Апостолы, следовательно, должны были идти в шести различных направлениях. Путешествие апостолов по двое было полезно в том отношении, что они являлись в каждом месте вполне достоверными свидетелями с точки зрения иудейского закона (Втор. 19:15). Они могли и оказать друг другу помощь в случае болезни или какого-либо несчастия. Евангелист Марк при этом не упоминает о запрещении проповедовать язычникам (ср. Мф. 10:5), так как он писал свое Евангелие именно для христиан из язычников и не хотел омрачать их христианскую радость напоминанием об этом, впоследствии Самим Христом отмененном (Мф. 28:19) запрещении.

Мк.6:8. И заповедал им ничего не брать в дорогу, кроме одного посоха: ни сумы, ни хлеба, ни меди в поясе,

Мк.6:9. но обуваться в простую обувь и не носить двух одежд.

По свидетельству Евангелия Марка, Господь разрешает апостолам брать с собой «посох», а по Евангелию Матфея – запрещает (Мф. 10:10, также и по Евангелию Луки). Как согласовать эти сообщения евангелистов? Христос вообще внушал апостолам доверие к Промыслу Божию, и предание могло сохранить это наставление под двумя формами: под формой, в которой оно приводится у Марка и которая исключает всякие запасы для пути, но разрешает «посох» просто как опору при подъеме на горные тропинки, и ту форму, какую мы находим у Матфея и Луки, где «посох» понимается как орудие защиты от нападений, которым апостолы могли подвергнуться во время своего путешествия: посох как оружие не свидетельствовал бы об их доверии к Промыслу… Точно также, если евангелист Матфей говорит,что Господь запретил брать апостолам в дорогу обувь, то он не противоречит Марку, который сообщает, что Христос повелел апостолам обуваться в простую обувь. Матфей, очевидно, имеет в виду «запасные» сандалии, но о них не имеется упоминания у Марка, который, как и Матфей, имеет в виду только одну пару сандалий, которая была у апостолов надета на ногах.

Мк.6:10. И сказал им: если где войдете в дом, оставайтесь в нем, доколе не выйдете из того места.

Мк.6:11. И если кто не примет вас и не будет слушать вас, то, выходя оттуда, отрясите прах от ног ваших, во свидетельство на них. Истинно говорю вам: отраднее будет Содому и Гоморре в день суда, нежели тому городу.

(См. Мф. 10:11–15).

Мк.6:12. Они пошли, и проповедывали покаяние;

Апостолы пока проповедовали только покаяние как условие для вступления в Царство Божие, а о самом Царстве Божием еще не возвещали.

Мк.6:13. изгоняли многих бесов и многих больных мазали маслом и исцеляли.

Изгнание бесов выставляется евангелистом Марком как первое дело апостолов (Мк. 1:34) и отличается от исцелений больных.

Помазание маслом как в древности, так и до сих пор на Востоке имеет лечебное значение (нечто вроде антисептической меры). Но апостолы, как видно из контекста речи в настоящем разделе, употребляли масло скорее как символ того исцеляющего действия, какое они хотели совершить над тем или другим больным. Подобное этому действие совершил Сам Христос над слепым, помазав ему глаза грязью (Ин. 9:6). Употребляя масло, апостолы, так сказать, располагали больных к вере в то, что они могут им помочь, а потом уже совершали исцеления – конечно, тогда, когда на это была воля Промысла. Этот обычай и впоследствии существовал в Церкви (Иак. 5:14), и отсюда же идет употребление елея при Таинстве Елеосвящения, помазания.

Просмотры (146)

Вознесение Господне

Апостола Павла послание к галатам

Гал. 2:11-16

Толкование на Гал. 2:11-16 Феофилакта Болгарского, архиепископа Охридского

Гал.2:11. Когда же Петр пришел в Антиохию, то я лично противостал ему,

Многие думают, что здесь Павел обвиняет Петра в лицемерии, но это несправедливо. Ибо что, казалось бы, говорит против Петра, сделано и высказано с особой целью. Ибо Петр, находясь в Иерусалиме, допускал обрезание, – да и невозможно было вдруг отвлечь их от закона, – а пришедши в Антиохию, он ел вместе с язычниками. Когда же некоторые из иерусалимлян пришли в Антиохию, он стал избегать язычников, чтобы не соблазнить иерусалимлян и вместе дать Павлу благовидный случай к обличению. Посему и Павел обличает, и Петр переносит. Ибо таким образом легче могли переменить свой образ мыслей ученики, когда учитель подвергается упрекам и молчит. Итак, это «лично противостал» было только видимостью, так как, если бы борьба была действительная, они не стали бы при учениках обвинять друг друга, потому что подвергли бы их большому соблазну. А теперь, видимо, внешнее противоборство служило к исправлению учеников. Ибо и Петр нисколько не противоречит, – ясно, что он соглашался с этим возражением Павла.

потому что он подвергался нареканию.

Не сказал: от меня, а просто, от других, которые не знали, что делалось с добрым намерением, и считали лицемерием то, что в отсутствии иерусалимлян он ел вместе с язычниками, а когда они пришли, уклонился, А некоторые так понимали: Петр еще прежде «подвергался нареканию», говорит Павел, потому что ел вместе с Корнилием, поэтому и теперь уклонился, боясь подвергнуться новым нареканиям, и когда он уклонился, «я противостал ему».

Гал.2:12. Ибо, до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных.

Указывает и причину этого обличения. Иаков же был брат Господень, учивший в Иерусалиме, как епископ их. Вот он-то и послал некоторых из иудеев, уже уверовавших, но еще придерживавшихся закона, и они отправились в Антиохию. Увидев их и боясь не за свою безопасность, а за то, чтобы они, соблазнившись, не отпали от веры, Петр стал уклоняться от сношений с язычниками. Некоторые же, не зная этой причины, стали осуждать его.

Гал.2:13. Вместе с ним лицемерили и прочие Иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием.

Называет это дело лицемерием, потому что не желает открыть намерения Петра, а также и ради сильно приверженных к закону, чтобы с корнем вырвать их пристрастие к закону. А прочими иудеями он называет уверовавших из иудеев в Антиохии, которые и сами сторонились необрезанных.

Гал.2:14. Но когда я увидел, что они не прямо поступают по истине Евангельской, то сказал Петру при всех::

Но не смущайся этими словами, – не в осуждение Петра говорит он это, а ради тех, которые могли получить пользу, услышав, что и Петр подвергся обличению за приверженность к закону. Зачем же вам-то его держаться? Ибо с той целью он и обличал его тогда пред всеми, чтобы они устрашились, слыша, что столь великий человек подвергается порицанию и не может возразить. Евсевий же говорит, что подвергся обличениям со стороны Павла не великий Петр, а другой какой-то Кифа, один из семидесяти, и в подтверждение этого указывает на невозможность, чтобы тот, который уже прежде защитил себя по поводу произведенного им соблазна разделением трапезы с Корнилием, снова мог подвергнуться такому обличению. Но и мы не говорим, что Петр подвергся порицанию от Павла за незнание своего долга, а что он добровольно подчинился осуждению, дабы и другие исправились.

если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-иудейски?

Только что не взывает ко всем Павел: «подражайте учителю вашему, – вот ведь он иудей, а вкушал пищу вместе с язычниками». И заметь, – он не обвиняет его: «ты худо делаешь, соблюдая закон», но обличает за собственных учеников из язычников, что он принуждает их обрезываться и жить по-иудейски. Ибо в таком виде слово это удобнее могло быть принято.

Гал.2:15. Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники;:

«По природе», то есть не прозелиты, а родившиеся от отцов-иудеев и воспитанные в законе, но мы оставили привычный образ жизни и прибегли к вере во Христа.

Гал.2:16. однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть.

Смотри, как просто все говорится. Мы оставили закон не потому, что, он недобр, а потому, что он немощен и не в состоянии оправдать. Ибо никто не мог исполнить его дел, трудных и неудобоисполнимых, не по причине их величия, но скорее вследствие мелочности; или иначе, потому что он души не освящал, но только телесную нечистоту удалял. Итак, обрезание излишне. А впереди скажет, что оно даже опасно, потому что отчуждает от Христа.

Катакомбы Петра и Марцеллина на Виа Лабикана. нач. 4 в.

Евангелие по Марку

Мк. 5:24-34

Толкование на  Мк. 5:24-34 профессора Александра Павловича Лопухина

В это время приходит к Нему Иаир (см. Мф. 9:18) и Иисус идет с Ним.

Мк.5:24.  Иисус пошел с ним. За Ним следовало множество народа, и теснили Его.

Мк.5:25. Одна женщина, которая страдала кровотечением двенадцать лет,

Мк.5:26. много потерпела от многих врачей, истощила все, что было у ней, и не получила никакой пользы, но пришла еще в худшее состояние, –

Мк.5:27. услышав об Иисусе, подошла сзади в народе и прикоснулась к одежде Его,

Мк.5:28. ибо говорила: если хотя к одежде Его прикоснусь, то выздоровею.

Мк.5:29. И тотчас иссяк у ней источник крови, и она ощутила в теле, что исцелена от болезни.

В тесноте, по дороге, Христа коснулась искавшая исцеления кровоточивая женщина (ср. Мф. 9:20–21), и получила исцеление. Евангелист Марк восклицает, что она «много потерпела от врачей» (стих 26). Это выражение может указывать на те варварские средства, к каким в те времена прибегали невежественные врачи. Трактат Киддушим поэтому говорит: «лучший из врачей достоин геенны» (IV, 14).

Мк.5:30. В то же время Иисус, почувствовав Сам в Себе, что вышла из Него сила, обратился в народе и сказал: кто прикоснулся к Моей одежде?

Мк.5:31. Ученики сказали Ему: Ты видишь, что народ теснит Тебя, и говоришь: кто прикоснулся ко Мне?

Мк.5:32. Но Он смотрел вокруг, чтобы видеть ту, которая сделала это.

Мк.5:33. Женщина в страхе и трепете, зная, что с нею произошло, подошла, пала пред Ним и сказала Ему всю истину.

Мк.5:34. Он же сказал ей: дщерь! вера твоя спасла тебя; иди в мире и будь здорова от болезни твоей.

Господь знал, что случилось с больной благодаря тому, что она прикоснулась к Его одежде, но задает вопрос для того, чтобы вызвать ее исповедание и внушить, что она исцелилась не в силу какого-то магического воздействия одежды Чудотворца, а в силу своей веры в Него как Сына Божия.

«Будь здорова», т.е. оставайся в том новом положении, в каком ты очутилась в тот момент, как прикоснулась с верою к Моей одежде.

Просмотры (92)

Апостола Павла послание к галатам

Гал. 1:1-10, 2:5-20

Толкование на Гал. 1:1-10, 2:5-20 профессора Александра Павловича Лопухина

Гал.1:1–5. В приветствии Ап. сразу намечает основное содержание следующих глав. Он говорит о себе, что он – настоящий Апостол Христов – что не хотели признать за ним иудействующие, пользовавшиеся в то время в Галатии влиянием – и что Христос отдал Себя на смерть для того, чтобы искупить людей от подчинения настоящему лукавому веку. Последнюю мысль Ап. высказывает, опять имея в виду иудействующих, которые, можно сказать, лишали надлежащего достоинства подвиг Христа, выставляя на вид необходимость для спасения еще и закона Моисеева.

Гал.1:1. Павел Апостол, избран­ный не человеками и не через человека, но Иисусом Христом и Богом Отцем, воскресив­шим Его из мертвых,

Апостолами в первенствующей Церкви назывались вообще проповедники Евангелия, а не только ученики Самого Христа. Апостола Павла иудействующие и хотели приравнять к обыкновенным проповедникам Евангелия, говоря, что он не слушал Самого Христа и стоит ниже какого-либо Апостола из числа 12-ти. Поэтому то Павел и выставляет на вид, что он – Апостол в полном смысле этого слова, равный всякому Апостолу из числа 12-ти. Он, во-первых, избран на свое служение «не человеками», т. е. или другими Апостолами, или собранием верующих, как избраны были напр. церквами Тит и Епафродит (2Кор.8:23; Фил.2:25). Во-вторых, он призван и «не через человека», т. е. Христос не через чье-нибудь посредство поставил его на апостольское служение, а Сам непосредственно призвал его. Впрочем, первым виновником своего призвания Павел называет «Бога Отца, Который воскресил Христа из мертвых». О последнем факте Ап. упоминает в тех видах, чтобы показать, что на его стороне стоит и Христос, и Бог Отец: его, собственно, призвал Христос, а Христа поставил в такое состояние, что Он может призывать снова, по воскресении, себе Апостолов. – Бог Отец. Ап. говорит здесь, что Христа «воскресил» Бог Отец, как и посл. к Рим. (Рим.8:11), имея в виду, что Христос был действительно воскрешен Отцом, так как Он, как Богочеловек, во всем ставил Себя в зависимость от Отца (Ин.5:19). Но Ап., тем не менее, был в тоже время вполне убежден, что Христос, как Бог, воскрес Сам (Рим.4:25, 8:34).

Гал.1:2. и все находящиеся со мною братия – церквам Галатийским:

Ап. хочет сказать, что все, окружающие его в настоящее время, христиане (вместо «находившиеся» лучше перевести «находящиеся») сочувственно относятся к предпринятому им шагу по отношению к Галатским церквам и согласны с его взглядами.

Гал.1:3. бла­го­дать вам и мир от Бога Отца и Го­с­по­да нашего Иисуса Христа,

Ап. не присоединяет, против своего обыкновения (ср. напр. вступление в посл. к Рим. и 1 Кор.), похвалы читателям за твердость их веры. Это показывает, что Ап. слишком сильно был огорчен поведением галатских христиан, которые в настоящее время держали сторону противников Павла – иудействующих. – «Благодать и мир» – ср. Рим. I7.

Гал.1:4. Который отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века, по воле Бога и Отца нашего;

Гал.1:5. Ему слава во веки веков. Аминь.

Ап. конечно имеет здесь в виду иудействующих, которые, выставляя свое требование о том, что и в христианстве необходимо соблюдение обрядового закона Моисеева, этим самым как бы ослабляли силу искупительных заслуг Господа Иисуса Христа. Ап. говорит поэтому, что Христос «отдал Себя в жертву за грехи наши, для того чтобы согласно воле или решению нашего Бога и Отца, избавить нас от подчинения настоящему лукавому веку или, иначе, такому порядку жизни, при котором человек не мог не грешить». Если же Ап. называет этот порядок жизни «настоящим» (ενεστῶς), то это не значит, что он еще продолжается: слово это равняется здесь выражению «сей» (Рим.8:38; 1Кор.3:22) и представляет собою противоположность выражению «век будущий», как обозначается в Н. Завете времена мессианского спасения (Мф.12:32; Рим.8:38). – Так как иудействующие, отнимая значение у заслуг Христа, вместе с этим унижали и Бога и Отца нашего, Который соблаговолил принять эти заслуги как вполне удовлетворяющую за грехи человечества жертву, то Ап. в конце приветствия воссылает славословие «Богу и Отцу«.

Гал.1:6–10. Указывая на повод, по какому он обращается к Галатам с посланием, Ап. говорит, что Галаты позволили лжеучителям отвлекать себя от Бога, Который призвал их к общению с Собою во Христе. При этом он упоминает о том, что Галаты стали на сторону противников Павла. Итак отдаление от Бога и Христа и в то же время потеря доверия к их просветителю Павлу – вот что побуждает Апостола обратиться к Галатам с словом строгого увещания.

Гал.1:6. Удивляюсь, что вы от при­звав­шего вас бла­го­датью Христовою так скоро пере­ходите к иному бла­го­ве­с­т­вованию,

«От призвавшего» – от Бога (ср. 1Сол.2:12; Еф.4:4). – «Благодатью Христовою». Последнее выражение (Χριστοῦ) новейшими исследователями текста признается неподлинным (см. Цана стр. 44 с указанием на древнейшие кодексы, в которых нет этого выражения). Если же читать просто «благодатью», то под «призвавшим» можно разуметь Самого Христа. – «Так скоро», т. е. так быстро, нисколько не раздумывая. – «Ко иному благовествованию», т. е. к новому вновь появившемуся (έτερος – обозначает различие только в количестве или времени происхождения). Иудействующие пришли в Галатию с другим или вторым благовествованием о Христе, объявляя этим самым прежнее благовествование Апостола Павла недостаточным. Может быть они говорили, что Ап. забыл сообщить Галатам о том, что Христос всегда выступал, как признающий вечное значение закона Моисеева (Мф.17–19). Они советовали Галатам совсем забыть проповедь Павла как недостаточно освещающую дело Христово.

Гал.1:7. которое впрочем не иное, а только есть люди, смуща­ю­щие вас и жела­ю­щие пре­вратить бла­го­ве­с­т­вование Христово.

«Которое впрочем не иное..». Здесь уже Ап. употребляет другой термин для обозначения проповеди иудействующих. «Не иное» – «άλλο«, т. е. не иное по качеству, не другое по содержанию, не отличное от моего по содержанию. Что, в самом деле, нового о Христе могли сообщить иудействующие Галатам? Ап., без сомнения, изобразил жизнь и учение Христа во всей подробности, и прибавить что-нибудь к действительной истории Христа, не впадая в фантастические выдумки, иудействующие, конечно, не могли… – «А только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово». Да, – как бы говорит Апостол, – прибавить к моему Евангелию иудействующие ничего не в состоянии. Им хочется только произвести среди вас смущение, тревогу (смущать по греч. ταράσσειν ­ обеспокоивать, повергать в тревогу), переиначить Евангелие о Христе (μεταστρέψαι, а τοῦ Χριστοῦ – род. предметный), которое в совершенно правильной форме изложил Галатам Ап. Павел. Переиначить же Евангелие иудействующие, очевидно, хотели привнесением в него учения о необходимости и в христианстве соблюдать обрезание и закон¹.

Гал.1:8. Но если бы даже мы или Ангел с неба стал бла­го­ве­с­т­во­вать вам не то, чтó мы бла­го­ве­с­т­вовали вам, да будет анафема.

«Не то, что мы..». правильнее: вопреки тому, что мы (παρ ό) или: кроме того, что мы благовествовали, т. е. с прибавлениями от себя. – «Но если бы даже мы..». Ап. предполагает, на основании примера Ап. Петра (см. дальше гл. Гал.2:11–14), что даже он не гарантирован от возможности измены своему Евангелию (напр., под действием мучений). – «Ангел с неба». Это – случай невозможный, и Ап. приводит его только для усиления мысли. Следует поэтому здесь вставить выражение: «если бы это было возможно»… «Анафема». У 70-ти это слово служит термином для обозначения понятия «херем» – отлучение, назначение чего либо, взятого из имущества или семьи человека, Богу или для того, чтобы привести это, как дар Богу, или же для уничтожения, как предмет, возбудивший против себя гнев Божий. Как и в других посланиях Ап. Павла (ср. напр. 1Кор.16:22), здесь это слово употреблено в последнем смысле. Но в каком смысле Ап. понимает самое отлучение – в смысле ли суда Божия, или суда Церкви? Цану представляется, что здесь сказано только, что такой проповедник Евангелия предоставляется суду Божию, а не дисциплинарному церковному суду (стр. 50). Но понятие анафемы или херема у евреев предполагало собою удаление из общества израильского (ср. 1Ездр.10:8; Неем 13:28). Если же Цан находит невозможным применение церковного отлучения к Ангелу, то и это возражение неосновательно: ведь Ап. мыслит здесь Ангела, как присутствующего на земле в виде человека и как члена Церкви, а, след., как в некотором роде подлежащего церковной дисциплине (опять, разумеется, предположительно)².

Гал.1:9. Как пре­жде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто бла­го­ве­с­т­ву­ет вам не то, чтó вы при­няли, да будет анафема.

Итак, на иудействующих, искажавших Евангелие Христово, Ап. изрекает анафему. Но это не должно поражать Галатов: ведь и прежде, во время второго своего пребывания в Галатии, он говорил тоже самое (ср. Гал.5:3, 21). Но тогда он высказывал это, как предположение, потому что иудействующие в то время еще не выступали открыто, а теперь он прямо посылает отлучение появившимся или имеющим появиться вновь лжеучителям. – «Мы сказали». По мнению Цана, здесь Ап. как и в 8-м стихе («мы благовествовали») имеет в виду не только себя, но и своих помощников в деле проповеди Евангелия.

Гал.1:10. У людей ли я ныне ищу благо­воле­ния, или у Бога? людям ли угождать стараюсь? Если бы я и по­ныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым.

Иудействующие, по всей вероятности, ставили в упрек Павлу его кажущуюся непоследовательность: «то он – говорили иудействующие – применялся к обычаям иудеев (Гал.5:11; ср. 1Кор.9:20), то жил с язычниками, как язычник (ср. 1Кор.9:21). Не было ли это проявлением желания во что бы то ни стало умножить число расположенных к нему лиц?». Так рассуждали, вероятно, пред слушателями в Галатии иудействующие. Ап. и говорит теперь, приступая к самозащите, что он так никогда не поступал: единственно только «Божия» благоволения искал он, а каких либо видов на уважение со стороны «людей» он никогда не имел, и потому его нельзя обвинять в подделывании своего образа действий под случайные вкусы слушателей. И как бы он мог стать «рабом Христовым», если бы у него была склонность искать популярности? Он в иудействе пользовался огромною популярностью и однако пренебрег ею, чтобы пойти тернистым путем раба «Христова» – проповедника Евангелия…

Гал.2:4. а вкрав­шимся лжебратиям, скрытно при­ходив­шим подсмотреть за нашею свободою, которую мы имеем во Христе Иисусе, чтобы по­работить нас,

Гал.2:5. мы ни на час не уступили и не по­корились, дабы истина бла­го­ве­с­т­вования сохранилась у вас.

Что касается тех, кого Ап. называет «вкравшимися лжебратиями» (τούς παρεισάκτους ψευδαδέλφους; член τούς показывает, что Павел имеет здесь в виду группу людей известную и читателям послания), то этих людей Ап., очевидно, считает ложными христианами («ложные братья» – ложные христиане, потому что слово «брат» на языке Ап. Павла означает «христианина»). Эти люди, выдающие себя за христиан (ср. выражение «лжеапостолы» в 2Кор. XI26 или «лжепророки» в Мф. VII,15), обманным образом вошли (собственно: были по недосмотру допущены в Церковь, как показывает страд. форма прич. παρείσακτοι). – «Скрытно приходившим» (οίτινες παρεισῆλθον). Здесь уже указывается на то, что сделано было этими самими «лжебратиями». Они вкрались туда, где Павел и Варнава действовали как полноправные руководители (за «нашею» свободою – поработить «нас»). Это была преимущественно церковь Антиохийская и стоящие от нее в зависимости церкви Сирии и Киликии (Гал.1:21 и Деян.15:1, 23), в составе которых Ап. мыслит и себя с Варнавою, а также и остальных иудейских христиан Антиохии (ср. Гал.2:13). Дело идет здесь о «свободе» иудейских христиан, которую они имели как христиане («во Христе») – о свободе от исполнения Моисеева закона. «Лжебратия» доказывали, что всякий, носящий на себе печать обрезания, непременно через это признается обязанным исполнять и весь закон Моисеев, хотя бы этот обрезанный принадлежал уже к христианам. Ап. ни на самое короткое время («ни на час») не уступил требованиям этих людей, какие те к нему предъявляли в отношении к необрезанному Титу и другим христианам, пришедшим с Апостолом, которых «лжебратия» хотели заставить, как иудеев по происхождению, исполнять закон Моисеев. – «Дабы истина благовествования сохранилась у вас». Галаты, как христиане из язычников, могли бы соблазниться относительно истинности проповеданного им Павлом Евангелия, если бы им сообщили, что Апостол хотя на краткое время сделал какую-нибудь уступку из своей программы. Ап. поэтому и не сделал никакой уступки на этот раз, хотя в другое время и шел на разные уступки (например принял посвящение в назореи).

– Заметить нужно, что русский перевод 4–5-го стихов довольно далек от греческого текста, даже и от принятого у нас (славянский в этом случае гораздо лучше, так как точно воспроизводит слова греческого). Выражение διά δε τ. παρεισάκτους ψευδ. нельзя переводить дательным падежом: «вкравшимся лжебратиям», а затем нельзя оставлять стоящее в начале 5-го стиха местоимение οῖς – без перевода. Лучше считать период 4–5-го стихов просто неоконченным (анаколуф), примеры чего нередки в посланиях Ап. Павла. Впрочем некоторые толкователи, на основании многих древних рукописей и переводов послания к Галатам, считают первые слова 5-го стиха вставочными и оба стиха передают так: «ради вкравшихся лжебратий … мы на момент уступили в силу покорности (нам приличествующей)». Так, напр., переводит Цан. В таком переводе мысль Апостола становится уже вполне ясною. Он дает понять, что «лжебратия» вошли в церковь Антиохийскую и произвели там смущение в умах. Нужно было положить конец такому смущению, и Апостол не нашел для этого иного лучшего способа, как пойти в Иерусалим и заявить о своей программе старейшим представителям христианства, на которых ссылались лжебратия в Антиохии, как на сторонников их воззрения на закон Моисеев. В Иерусалиме, таким образом, должна была решиться борьба между Павлом и иудействующими и вместе с тем заградиться доступ их влиянию на церкви, основанные Павлом. Но понятно, что это путешествие в Иерусалим было со стороны Павла некоторою уступкою – сам он не находил вовсе нужным излагать свое Евангелие пред старейшими Апостолами, – хотя уступкою и временною («на час»)… Разумеется, принятие такого толкования обусловливается согласием на то положение Цана, что чтение 5-го стиха без οῖς ουδέ совершенно согласно с древними чтениями. Но дело в том, что этого нельзя сказать, и он сам указывает на то, что текст Синайский и Ватиканский имеют эти оба слова. Имеют их и многие другие тексты, так что утверждение Цана, что предлагаемое им чтение – наиболее удостоверенное, не согласно с действительностью.

Гал.2:6. И в знаме­нитых чем-либо, какими бы ни были они когда-либо, для меня нет ничего особен­ного: Бог не взирает на лице человека. И знаме­нитые не воз­ложили на меня ничего более.

Враги Павла могли сказать: «а все же Павел нашел нужным подкрепить свой авторитет авторитетом старейших Апостолов, – значит он признает себя зависимым от них». В виду возможности таких перетолкований своего путешествия в Иерусалим Ап. в ряде отрывочных положений выражает ту мысль, что уважаемые представители Иерусалимской церкви, как бы они ни высоко стояли во мнении верующих, нисколько не выше его по положению Апостолов-проповедников Евангелия (ποτε, переведенное по-русски выражением «когда либо», собственно есть частица, стоящая в тесной связи с словом οποῖοί ­ каковы бы ни). – «Бог не взирает на лицо», т. е. на внешнее положение человека. След. если старейшие Апостолы и пользовались среди христиан иудейских большим авторитетом, чем Павел, то это еще не служит доказательством того, что Павел и на самом деле (пред Богом) стоял бы ниже их. Но, кроме того, эти старейшие Апостолы и не оказались вовсе в какой либо оппозиции к Павлову Евангелию: они не нашли нужным что-либо прибавлять к его проповеди.

– Впрочем Цан, следуя блаж. Феодориту и другим древним толкователям, видит здесь другой смысл. Он обращает внимание на глагол προσανέθεντο, по-русски неточно переведенный выражением «возлагать более, прибавлять». Этот глагол, по нему, может иметь только тот смысл, какой имеют параллельные ему выражения ανεθέμην (Гал.2:2) и προσανεθέμην (Гал.1:16), т. е. «предлагать на рассмотрение, советоваться о чем либо». Отсюда смысл стиха получается такой: «Я, называя других Апостолов, знаменитыми, вовсе не хочу через это воспользоваться их словом как особенно авторитетным и полезным для меня лично. В этом искательстве виновны иудействующие, а не я. Как Бог не обращает внимания на лицо, т. е. на внешнее положение человека, а только на его внутренние достоинства, так должен поступать и человек, так поступаю и я. Да притом я и не призван оценивать достоинство старейших Апостолов (может быть, враги Павла указывали ему, что старейшие Апостолы иначе смотрят на закон Моисеев, чем он. – Златоуст и др.): ведь я им, а не они мне предложили для рассмотрения свое Евангелие. Кто рассматривает чье-либо дело тот действительно может обращать внимание на внешнюю обстановку того, кто ходатайствует о рассмотрении своего дела. А я, Павел, вовсе не был в положении судящего Апостолов и потому не обращал и не обращаю внимания на тот внешний почет, каким они пользуются и пользовались среди христиан». – Такое толкование представляется весьма правдоподобным.

Гал.2:7. Напротив того, увидев, что мне вверено бла­го­вестие для необрезан­ных, как Петру для обрезан­ных

Гал.2:8. (ибо Содей­с­т­во­вав­ший Петру в апостоль­стве у обрезан­ных содей­с­т­во­вал и мне у язычников),

Гал.2:9. и, узнав о бла­го­дати, дан­ной мне, Иаков и Кифа и Иоан­н, по­читаемые столпами, подали мне и Варнаве руку обще­ния, чтобы нам идти к язычникам, а им к обрезан­ным,

Гал.2:10. только чтобы мы по­мнили нищих, что и старал­ся я исполнять в точности.

Итак, Павел не высказывал в тот раз какого-либо суждения о деятельности и взглядах на дело проповеди Евангелия старейших Апостолов. Напротив, это они сами должны были рассмотреть образ действий Павла, и действительно рассмотрели его (толкование Цана). Тут они увидели, что Ап. Павел действительно получил от Христа полномочия проповедовать среди необрезанных, подобно тому как Петру поручено нести Евангелие (ευαγγέλιον по-русски не точно: благовествование. Слово ευαγγέλιον означает не самый процесс благовествования, а проповеданную Христом весть или учение о спасении всех людей ср. Гал.1:7) главным образом к обрезанным. Основывались в таком заключении старейшие Апостолы на том соображении, что Павел без особого полномочия от Бога и Христа не мог бы творить среди язычников таких чудес (ср. 2Кор.12:12; Деян.15:12), какие он творил, как и Ап. Петр. – Из числа этих старейших представителей христианства Павел особо упоминает об «Иакове» (под которым, конечно, нужно разуметь упомянутого в Гал.1:19 ст. брата Господня – иначе Ап. точно бы определил, какого Иакова здесь он разумеет), «Кифе» (так называет Петра Павел, очевидно, потому, что так именовали постоянно Петра иудействующие) и «Иоанн», потому что они трое почитались «столпами» или представителями Церкви в Палестине.

Эти «столпы», узнав о «благодати» (χάριν), т. е. об успехах деятельности Павла (о признании его благодатного призвания сказано уже выше – в 7-м стихе), подали ему и Варнаве, как проповедникам Евангелия среди язычников, руку общения и этим торжественно подтвердили (дело, вероятно, происходило в торжественном собрании иерусалимских христиан) право Павла и Варнавы выступать повсюду в качестве миссионеров среди язычников. Себе же они взяли главною задачею распространение Евангелия среди иудеев. Таким образом совершилось размежевание области деятельности между Апостолами, но, конечно, только в географическом отношении, так как и Ап. Павел не лишен был права действовать среди иудеев и другие Апостолы не отказывались выступать с словом наставления среди христиан из язычников. Но чтобы при этом размежевании сохранилось все-таки чувство единения между Апостолами и руководимыми ими церквами, Апостолы просили Павла помогать из средств более богатых церквей, образовавшихся из обращенных язычников, более нуждающимся членам церкви Иерусалимской. Ап. говорит, что он старался исполнить это условие, причем говорит только о себе, а не о Варнаве, так как Варнава отделился от Павла вскоре после этого путешествия в Иерусалим (Деян.15:39).

Итак, самостоятельность Апостола была открыто признана в самом центре иудейского христианства – в Иерусалиме. Цель, какую имели Ап. Павел и Варнава, отправляясь в Иерусалим, была вполне достигнута, и враги христианской свободы были посрамлены; авторитет Павла как истинного Апостола Христова стоял высоко. Но этого мало. Был случай, когда Павел сам выступил в качестве увещателя по отношению к Ап. Петру; это было, когда Тит, вместе с некоторыми христианами из иудеев, будучи в Антиохии и сначала вкушая пищу обще с христианами из язычников, потом, по прибытии в Антиохию «некоторых от Иакова», прекратил это общение, опасаясь обрезанных. Павел выяснил тогда открыто пред всеми неправильность такого образа действий и был выслушан Петром без всяких возражений со стороны последнего.

Гал.2:11. Когда же Петр при­шел в Антиохию, то я лично про­тивостал ему, по­тому что он подвергал­ся нареканию.

Неизвестно, когда имел место этот случай – до собора или после него. Вероятно только, что это было ранее собора, потому что едва ли, во-первых, Ап. Петр, после того размежевания областей деятельности между Павлом и другими Апостолами, какое имело место на соборе, решился бы в скором времени внести смущение своим неожиданным появлением в Антиохии, которая для Ап. Павла в то время была почти постоянным местом пребывания. Во-вторых, едва ли Ап. Петр после тех принципиальных рассуждений, в каких он принимал самое живое участие (Гал.2:1–10 и Деян.15:7–14), стал бы держаться такой колеблющейся тактики в отношении к вопросу об общении с христианами из язычников, которой он держался в Антиохии. Вероятно, он пришел пред собором в Антиохию, как в церковь, стоявшую в близком отношении к Иерусалимской (Деян.11:18–21). – «Лично», т. е. прямо в лицо и в присутствии нескольких свидетелей (κατά πρόσωπον ср. Лк.2:31; Деян.3:13). – «Подвергся нареканию», – т. е. заранее, еще прежде, чем его обличил Ап. Павел, был уже осужден собственными своими поступками (κατεγνωσμένος ῆν, ср. Ин.3:18).

Гал.2:12 Ибо, до при­бытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те при­шли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезан­ных.

Гал.2:13. Вместе с ним лицемерили и про­чие Иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием.

Ап. Петр во время своего пребывания в Антиохии, не стесняясь, вкушал пищу вместе с христианами из язычников, – очевидно такую, какая недозволена была законом Моисеевым еврею. Он в настоящем случае поступал очевидно так, как внушил ему поступать Сам Бог (Деян.10:1–11, 18), конечно, в Иерусалиме, среди единоплеменников, поступая по иудейским обычаям (ср. Деян.21:20–26). Но когда пришли люди «от Иакова», т. е. стоящие в очень близком отношении к этому строгому ревнителю закона Моисеева, который впоследствии на соборе ясно высказал мысль о том, что соблюдение законов Моисеевых о пище обязательно для христиан из Иудеев (Деян.15:21 и Деян.21:20, 24), Ап. Петр, чтобы не соблазнить этих гостей иерусалимских, решил на некоторое время прекратить общение в пище с христианами из язычников. Он даже опасался этих «обрезанных», пришедших от Иакова, которые очевидно были настроены очень реакционно и могли, распустить слухи об Ап. Петре, как о либеральном проповеднике. – «Прочие Иудеи», т. е. христиане из Иудеев, жившие в Антиохии, пошли по стопам Ап. Петра и стали «лицемерить», т. е. принимать вид строгих исполнителей закона Моисеева, какими они на самом деле не были. Даже сотрудник Павла, Варнава, – и тот впал в такое же лицемерие.

Гал.2:14. Но когда я увидел, что они не прямо по­ступают по истине Евангель­ской, то сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников при­нуждаешь жить по-иудейски?

Павел в то время еще не был увенчанным Апостолом языков, а только простым учителем веры в Антиохии, быть может, даже последним между ними (см. Деян.13:1). Но он среди всех учителей проявил наибольшую силу воли, наивысшее мужество (в отношении к убеждениям с ним согласны были и другие учителя), именно в том, что выступил с открытым обличением против Ап. Петра (некоторые древние Отцы и учители Церкви полагали, что это выступление, равно как и самый поступок Ап. Петра, были делом предварительного соглашения между Апостолами, но блаж. Августин в своей переписке с бл. Иеронимом ясно доказал, что такого соглашения между Апостолами быть не могло и что Петр – погрешил, а Павел – вполне неожиданно для Петра – выступил его обличителем). – «Не прямо поступают» – точнее: «не прямо шагают, идут колеблющимся шагом по отношению к евангельской истине». – «При всех». Соблазн, причиненный Петром открыто, – вероятно, он принес с собою на вечерю любви свое иудейское кушанье – должен был быть излечен также публично, пред всеми.

Павел обращается к Петру как к главному виновнику происшедшего в Антиохии смятения. – «Живешь», т. е. обычно держишь себя иначе, чем теперь, при посторонних, и, конечно, будешь держать себя так свободно и впредь (поэтому поставлено наст. время ζῆς). – «Язычников принуждает». Христианам из язычников, которые видели, что «знаменитый» Апостол Христов отказывается продолжать с ними тесное общение, ничего больше не оставалось, в самом деле, как принять иудейские законы о пище и проститься таким образом с своею христианскою свободою. Принуждение, производимое Петром на христиан из язычников, было, таким образом, моральное, и сам Ап. вовсе не имел в виду произвести такое давление на означенных христиан. Однако из его поведения эти христиане вполне основательно могли заключить, что Апостолы Христовы считают их нечистыми и неравноправными членами Церкви Христовой.

– Что Петр мог поступить так неосторожно – этому не следует удивляться. Хотя он был и Апостол Христов, но не был непогрешим в поступках, а только в учении. «Как пророки Ветхого Завета, так и Апостолы, действуя под влиянием Святого Духа, не теряли при этом человеческого сознания и воли… В обыкновенных делах Апостолы не чужды были ошибок. Примеры таких ошибок и не абсолютно совершенного поведения встречались и в жизни Ап. Павла (Деян. XXIII,3–5)… В данном случае Ап. Петр явился таким же непостоянным человеком, каким был при троекратном отречении от Господа. Здесь и там, в критический момент, твердость характера оставила его, уступив место безотчетному страху, под влиянием которого он на деле противоречил самым святым своим убеждениям, делал не то, что хотел, с чем соглашался, что непогрешимо проповедовал» (о. Галахов, стр. 171–172).

Гал.2:15. Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники;

Гал.2:16. однако же, узнав, что человек оправдывает­ся не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдает­ся никакая плоть.

Некоторые толкователи (напр. Цан) полагают, что отсюда начинается новая речь Апостола Павла, обращенная к христианам из Иудеев. Но Ап. не делает ни малейшего намека на то, что он покончил беседу с Петром. Если же ст. 17 и сл. представляются не совсем подходящими к Петру, то можно предположить, что Павел здесь уже несколько расширяет свое обращение и имеет в виду даже иудействующих. Итак, продолжая свою речь, Ап. говорит, что он сам, а равно Ап. Петр и другие христиане из Иудеев, не смотря на свое преимущество пред язычниками, которых Апостол здесь по прежнему, с прежней иудейской теократической точки зрения, называет «грешниками» (ср. Лк.18:32, 24:7), имеют полное убеждение в том, что оправдаться можно только через веру во Христа, а не делами, каких требует закон Моисеев (см. Рим.3:20). Поэтому то – прибавляет Ап. – мы и уверовали во Христа.

Гал.2:17. Если же, ища оправдания во Христе, мы и сами ока­за­лись грешниками, то неужели Христос есть служитель греха? Никак.

Гал.2:18. Ибо если я снова созидаю, что раз­рушил, то сам себя делаю пре­ступником.

Поведение Ап. Петра и других христиан из Иудеев, бывших в то время в Антиохии, идет вразрез с этим общецерковным убеждением и даже оскорбляет Христа. В самом деле, если мы, Иудеи, ищем оправдания во Христе и не находим, а чувствуем себя и в христианском состоянии такими же грешниками, как и язычники, потому будто бы, что не исполняем при этом требований закона Моисеева, то выходит, что будто бы Христос привел нас к такому состоянию, что будто бы все Его служение человечеству было в самом деле вредным для людей, – в данном случае для Иудеев, – что будто бы Он – служитель греха! Но можно ли допустить подобное предположение? Ни в каком случае. Рассуждения сторонников соблюдения закона и в христианстве – совершенно нелогичны. Не Христос является в данном случае преступником, а тот, кто им же разрушенное снова восстанавливает, как бы жалея о случившемся и признавая, что он поступил неправильно.

Гал.2:19. Законом я умер для закона, чтобы жить для Бога. Я сораспял­ся Христу,

Гал.2:20. и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, воз­любив­шего меня и пред­ав­шего Себя за меня.

В противоположность такому непоследовательному образу действий иудействующих и отчасти даже самого Ап. Петра, который временно склонился на их сторону, сам Ап. Павел считает себя «умершим для закона», т. е. не обязанным его исполнять. При этом он говорит, что сам «закон» довел его до такого разрыва с ним (подробнее об этом см. в посл. к Рим.7:4, 6, 9, 10). Теперь Ап. «живет уже для Бога», т. е. как прежде он посвящал всю жизнь свою закону, надеясь через исполнение его оправдаться, так теперь он живет прямо для Бога, от Которого закон только отдалял человека (ср. Гал.3:10). Ап. «сораспялся Христу» (ср. Рим.6:6), и прежнего преобладания своего человеческого «я» Ап. уже не чувствует. Напротив, в нем «живет Христос». – Христос стал в нем единственною движущею, руководящею мыслями, чувствами и волею Павла силою или принципом. Но, конечно, Ап. еще «живет во плоти», жизнь его и после обращения ко Христу не стала во всех отношениях жизнью Христовой, не уподобилась вполне жизни Христа. Однако, это не смущает Апостола. Все же он знает, что это – «жизнь в вере во Христа как в Сына Божия», Который предал Себя, по любви к Павлу или к человеку вообще, на смерть. Отсюда следует, что в дальнейшем, благодаря помощи Христа, жизнь Апостола вполне уподобится жизни Христа, Который будет постоянно прибавлять ему силы для достижения возможного совершенства.

Исцеление Гадаринского бесноватого

Евангелие по Марку

Мк. 5:1-20 

Толкование на  Мк. 5:1-20 Феофилакта Болгарского, архиепископа Охридского

Мк.5:1. И пришли на другой берег моря, в страну Гадаринскую.

Мк.5:2. И когда вышел Он из лодки, тотчас встретил Его вышедший из гробов человек, одержимый нечистым духом,

Мк.5:3. он имел жилище в гробах, и никто не мог его связать даже цепями,

Мк.5:4. потому что многократно был он скован оковами и цепями, но разрывал цепи и разбивал оковы, и никто не в силах был укротить его;

Мк.5:5. всегда, ночью и днем, в горах и гробах, кричал он и бился о камни;

В списках более исправных читается: «в страну Гергесинскую». Матфей говорит, что было два бесноватых (Мф.8:32), а Марк и Лука (Лк.8:26–33) говорят об одном. Сии последние избрали лютейшего из них и повествуют о нем. Бесноватый идет и исповедует Христа Сыном Божиим. Поскольку бывшие на корабле недоумевали о том, кто Он, то последует достовернейшее свидетельство о Нем от врагов, разумею бесов. Бесноватый жил во гробах, потому что бес хотел внушить через это ложную мысль, что души умерших становятся бесами, чему никак не должно верить.

Мк.5:6. увидев же Иисуса издалека, прибежал и поклонился Ему,

Мк.5:7. и, вскричав громким голосом, сказал: что Тебе до меня, Иисус, Сын Бога Всевышнего? заклинаю Тебя Богом, не мучь меня!

Мк.5:8. Ибо Иисус сказал ему: выйди, дух нечистый, из сего человека.

Мк.5:9. И спросил его: как тебе имя? И он сказал в ответ: легион имя мне, потому что нас много.

Мк.5:10. И много просили Его, чтобы не высылал их вон из страны той.

Выйти из человека демоны почитают мучением, почему и говорили: «не мучь», то есть не выгоняй нас из жилища нашего, то есть из человека. С другой стороны, они думали, что Господь не будет более терпеть их за чрезмерную их дерзость, но тотчас предаст мучению, поэтому и молят, чтобы не мучил их. Господь спрашивает бесноватого не для того, чтоб Самому знать, но чтоб другие знали о множестве вселившихся в него бесов. Поскольку пред глазами стоял один человек, то Христос показывает, со сколькими врагами боролся этот жалкий человек.

Мк.5:11. Паслось же там при горе большое стадо свиней.

Мк.5:12. И просили Его все бесы, говоря: пошли нас в свиней, чтобы нам войти в них.

Мк.5:13. Иисус тотчас позволил им. И нечистые духи, выйдя, вошли в свиней; и устремилось стадо с крутизны в море, а их было около двух тысяч; и потонули в море.

Мк.5:14. Пасущие же свиней побежали и рассказали в городе и деревнях.

Бесы молили Господа, чтобы Он не высылал их вон из страны, но чтобы пустил в стадо свиней. Он соглашается на это. Поскольку жизнь наша есть брань, то Господь не хотел удалить от нее демонов, дабы они своей борьбой с нами делали нас искуснейшими. Попускает им войти в свиней, дабы мы знали, что они как не пощадили свиней, так не пощадили бы и человека того, если бы не сохранила его сила Божия. Ибо бесы, будучи враждебны нам, тотчас истребили бы нас, если бы не охранял нас Бог. Итак, знай, что демоны не имеют власти даже над свиньями, и тем более над людьми, если не попустит Бог. Но знай и то, что в людей, живущих по-свински и валяющихся в тине чувственных удовольствий, вселяются демоны, которые низвергают их со стремнин погибели в море сей жизни, и они утопают.

Мк.5:14. И жители вышли посмотреть, что случилось.

Мк.5:15. Приходят к Иисусу и видят, что бесновавшийся, в котором был легион, сидит и одет, и в здравом уме; и устрашились.

Мк.5:16. Видевшие рассказали им о том, как это произошло с бесноватым, и о свиньях.

Мк.5:17. И начали просить Его, чтобы отошел от пределов их.

Мк.5:18. И когда Он вошел в лодку, бесновавшийся просил Его, чтоб быть с Ним.

Мк.5:19. Но Иисус не дозволил ему, а сказал: иди домой к своим и расскажи им, что сотворил с тобою Господь и как помиловал тебя.

Мк.5:20. И пошел и начал проповедывать в Десятиградии, что сотворил с ним Иисус; и все дивились.

Пораженные чудом жители города того вышли к Иисусу, услышав же о подробностях, они еще более испугались. Потому и молили Иисуса выйти из пределов их. Они боялись, чтоб не потерпеть еще чего-либо большего. Потеряв свиней и сожалея об этой потере, они отказываются и от присутствия Господа. Напротив, бесновавшийся просил у Него позволения быть с Ним, так как опасался, чтобы бесы, найдя его одного, опять не вошли в него. Но Господь отсылает его домой, показывая, что Его сила и промышление будут охранять его и в отсутствии. Отсылает его вместе и для того, чтобы он доставил пользу другим, которые увидят его. Поэтому он и начал проповедовать, и все удивлялись. Но посмотри, как Спаситель чужд превозношения! Он не сказал: «расскажи», что сотворил тебе Я, но: «что сотворил с тобою Господь». Так и ты, когда сделаешь что-либо доброе, приписывай сделанное не себе, но Богу.

Просмотры (75)